На днях я совершила небольшое путешествие по Карелии, попав в самый мороз (-15…-20 градусов), для меня это подвиг. Побывала я в славном городке Сортавала, который в эту новогоднюю ночь стал Новогодней столицей России.

Версий о происхождении названия «Сортавала» — несколько. По одной из легенд в этих краях поселился черт, в карельском языке буквы «ч» не было, поэтому его называли «сорт», а Сорта-вала означает – власть черта. По другой версии название произошло от финского слова «сортуа» — гибнуть. Место считалось гиблым, в старину здесь происходили кровопролитные сражения. По-шведски название объясняется как «Sord Walla» — глухой залив.

В общем, по легендам место это гиблое и мрачное, населенное всякой нечистью. Хотя исторически городок Сортавала дурной славы не имел. В 19 веке, когда город входил в состав княжества Финляндского он имел противоречивую оценку: одни называли его городом пьяниц, а другие – самым опрятным городом Финляндии. Кстати, с пьянством в Сортавале градоначальники решили бороться общественными методами, здесь появились первые в Финляндии общества трезвости.

Немного истории возникновения города. В 12 веке город входил в состав Новгородской республики (Новгородского княжества, где все политические решения принимались на народном собрании – вече). Тогда город носил название Сердоболь (или Сердоволь). В 15 веке, когда Иван III завоевал Новгородские земли, Сердоволь вошел в состав Московии.

В начале 17 века город был захвачен шведами, а в состав России вернулся только после Северной войны в эпоху Петра Великого. В состав княжества Финляндского Сортавала вошла в 1811 году при правлении Александра I, тогда Финляндия находилась в составе Российской империи.


Дом Леандера (1905 года), в котором находился Национальный Акционерный Банк (Kansallis-Osake Pankki). В советские годы здесь располагалась городская милиция, а в наши дни снова банк — Сбербанк.

Возвращаясь к алкогольной тематике, спиртные напитки получили популярность в городе в 17 веке. Торговля алкоголем проходила даже у храма на «церковной горе». Городские власти пресекли эти безобразия, запретив продажу алкоголя у церкви под страхом каторги.

В 18 веке городской сенат давал разрешение на винокурение лицам, обладавшим земельным участком и не имевшим долгов «если кто немедленно и добровольно погасит все недоимки по налогу, может получить разрешение сената на винокурение, но если у кого недоимки возмут силой – на разрешение рассчитывать не может».

В начале 19 века при правлении Александра I сбор за продажу алкоголя направился в царскую казну. В 1811 году он составил 1335 банковских рублей. Горожане получили право на винокурение только для собственных нужд. За незаконную продажу спиртного наказывали розгами.

В 1830е годы в Сортавале появилось первое в Финляндии общество трезвости, которое организовал пастор Хендрик, который написал книгу о вреде алкоголя “Viinan kauhistus“ (“Винный ужас”).

Мне вспоминается эпизод из книги шведской писательницы Астрид Линдгрен «Эмиль из Леннеберги». Автор в книге высмеивает это своеобразное чопорное общество. Думаю, в соседней Финляндии все было также.
Напомню сюжет, мальчик Эмиль попал под внимание общества трезвости после того как съел забродившие вишни. Болтливая соседка разнесла по деревни слух, что противный мальчишка напился и поубивал всех кур. Хотя ни одна курица не пострадала.

Но история с пьяными вишнями на этом не кончилась. В полдень через ворота, ведущие в Каттхульт, прошествовали трое степенных мужей, членов правления Лённебергского Общества трезвости. Да, ты ведь, верно, не знаешь, что это за штука — Общество трезвости. Но должна тебе сказать: в старые времена это было нечто такое, в чем крайне нуждались и в Лённеберге, и во всем Смоланде. Члены Общества трезвости трудились в поте лица, чтобы покончить со страшным пьянством, приносившим несчастье стольким людям в прежние времена, да и ныне тоже.

Болтунья Крёса-Майя, оплакивавшая пьянчужку Эмиля, взволновала все Общество трезвости. И вот троица из этого общества явилась в Каттхульт, желая побеседовать с родителями Эмиля!

— Хорошо бы, — сказали они, — если бы ваш Эмиль смог прийти на вечернее собрание в Дом Общества трезвости. Там бы его обратили на путь истинный и заставили вести более трезвый образ жизни.

Мама Эмиля жутко разозлилась и рассказала, что случилось с Эмилем и вишнями. Но у гостей по-прежнему были скорбные физиономии, и один из них сказал:

— Все-таки нехорошее дело вышло с Эмилем. Не мешало бы дать ему взбучку на нашем вечернем собрании.
И папа Эмиля согласился. Нельзя сказать, чтобы он радовался этому собранию: не очень-то приятно, когда тебя позорят перед всеми, но, может, необходимо пойти к этим людям, чтобы направить Эмиля на праведный путь трезвости.
— Я схожу туда с ним, — мрачно пробормотал папа.
— Нет уж, раз ему нужно быть на этом собрании, с ним пойду я! — заявила мама. — Ведь эту злосчастную наливку ставила я, и тебе, Антон, нечего страдать по моей вине. Если кому и нужно выслушать проповедь о вреде пьянства, так это мне, но, пожалуйста, я могу взять с собой и Эмиля, раз это нужно.

Когда настал вечер, Эмиля одели в праздничный костюмчик, и он сам натянул свою «шапейку». Он не имел ничего против того, чтобы его обратили на праведный путь трезвости. Да и просто приятно побыть немного на людях.
Заморыш, видимо, думал так же. Когда Эмиль с мамой отправились в дорогу, Заморыш припустил за ними, желая их сопровождать. Но Эмиль крикнул ему:
— Замри!
И поросенок послушно улегся на дорогу и замер, но глаза его еще долго следили за Эмилем.
Должна сказать, что в тот вечер Дом Общества трезвости был битком набит! Все жители Лённеберги желали участвовать в обращении Эмиля на путь праведный. На сцене уже давно выстроился хор трезвенников, и, как только Эмиль показался в дверях, хор грянул:

Юный муж, что вкушает бокал
Ядовитого зелья…

— Никакой не бокал, — сердито сказала мама, но слова ее услышал только Эмиль.
Когда пение подошло к концу, на сцену вышел какой-то человек — он долго и серьезно разглагольствовал об Эмиле, а под конец спросил его, не хочет ли он дать клятву трезвости, которой должен оставаться верен всю свою жизнь.
— Могу, — с готовностью ответил Эмиль.

В ту же минуту у дверей раздалось легкое похрюкивание, и на собрание вбежал Заморыш. Оказывается, он тихонько трусил вслед за Эмилем, и вот он тут как тут! Увидев Эмиля на скамейке первого ряда, поросенок страшно обрадовался и тотчас устремился к нему. В зале поднялся страшный шум. Никогда прежде не бывало, чтобы в Доме Общества трезвости появлялся поросенок. И трезвенникам он был сейчас совершенно ни к чему. «Поросята не соответствуют торжественности момента» — так полагали они. Но Эмиль сказал:
— Ему тоже не вредно дать клятву трезвости. Потому что он съел куда больше вишен, чем я.
Заморыш и сейчас был крайне возбужден, и, чтобы он не произвел невыгодного впечатления, Эмиль сказал ему:
— Служи!

И тогда Заморыш, к великому удивлению всех жителей Лённеберги, встал на задние ножки, точь-в-точь как собака. И вид у него при этом был очень кроткий и смиренный. Эмиль вытащил из кармана горстку сушеных вишен и дал поросенку. Лённебержцы не поверили своим глазам: поросенок протянул мальчику правое копытце и поблагодарил за угощение.

Все так увлеклись Заморышем, что чуть не позабыли про клятву трезвости. Эмиль сам напомнил об этом:
— Ну как, нужно мне обещать что-нибудь или нет?
И тут же Эмиль дал клятвенное обещание впредь « всю свою жизнь воздерживаться от употребления крепких напитков, а также всячески способствовать распространению трезвости среди своих сограждан ». Эти прекрасные слова означали, что Эмиль никогда в жизни не возьмет в рот спиртного и что он будет содействовать распространению трезвости среди других людей.

— Эй, Заморыш, это касается и тебя, — сказал Эмиль, принеся клятву.

И все жители Лённеберги сказали, что никто, кроме Эмиля, никогда не давал клятвы трезвости вместе с поросенком.

Кстати, в эпилоге автор пишет, что Эмиль, когда вырос стал мэром города. В Сортавала тоже был бурмистр Эмиль Аутио.


Эмиль Аутио — бурмистр Сортавалы

Бурмистра выбирали горожане, под управлением бурмистра находился магистрат.


Здание городской ратуши, 1885 года

В здании ратуши располагался кабинет бурмистра, зал для судебного заседания, кабинеты магистрата


Сейчас в здании библиотека


Городской магистрат (1930е годы)


В здании ратуши проходили торжественные приемы и банкеты

Город Сортавала прославился как город с развитой медициной благодаря старанию доктора Винтера. Первоначально городская больница представляла собой обычное «богоугодное заведение» уездного города, которое вскоре сгорело при пожаре. Благодаря работе доктора Винтера в 1901 году была построена новая больница с двумя операционными, родильным отделением и рентгеновским кабинетом (открыт в 1908 году). За 10 лет в больнице были вылечены более 1000 человек.


Доктор Винтер


Городская больница

В годы первой мировой войны здесь располагался госпиталь, в котором лечили раненых бойцов.
Доктор Винтер дважды избирался председателем городского Совета. Благодаря его инициативе в Сортавала было проведено электричество, в 1906 году была построена городская электростанция.

В городе особой популярностью пользовались методы водолечения:
«Хождение по воде (ноги погружаются до икр) способствует закаливанию тела, потому что: во-первых, действует на всё тело, укрепляет его; во-вторых, действует благоприятно на почки, способствует выделению мочи, чем предохраняет нас от многих заболеваний почек, мочевого пузыря и брюшной полости; в-третьих, действует хорошо на грудь, облегчает дыхание и способствует выделению газов из желудка; в-четвёртых, особенно хорошо действует против головных болей и тяжести в голове. Эту процедуру можно принимать в обыкновенной ванне (или в ушате), выполняя движения в холодной воде. Сначала погружают ноги до лодыжек, затем до икр, а ещё лучше, если вода доходит до колен».


Пожарная часть города, 1888 года

Благодаря горожанам и градоначальникам Сортавала был уютным опрятным городом.
Эмиль Аутио — градоначальник Сортавалы начала 20 века писал о чистоте города «Сортавала был одним из лучших по архитектуре и один из опрятнейших городков Финляндии. Магистрату не приходилось штрафовать владельцев домов за беспорядок во дворах и на улицах. Порядок в городе был отличный, и чиновникам было очень легко иметь дело с сортавальцами».


Объединенный Банк Северных Стран — 1913 года, сейчас здесь «Почта»

К сожалению, из-за тяжелых для меня погодных условий я не успела обойти город. Надеюсь, что вернусь сюда в теплое время года и продолжу рассказ.

Интересное об истории города можно почитать на сайте, там я нашла старые фото:
http://serdobol.sortavala.info/

Оглавление блога
Мой паблик вконтакте
Мой facebook, Мой instagram
e_be8aef90-1Моя группа в Одноклассниках

И еще — Мои мистико-приключенческие детективы

Реклама