Продолжаю публиковать по главам мой мистический детектив «ДОРОГОЙ ТЕМНОЙ, НЕЛЮДИМОЙ». Главы второй части.


ЧАСТЬ 2, Глава 2

До этих мест, в недавний миг

   Париж, 184* год

  

   Из журнала Александры Каховской

  

   Ожидая назначенного часа, чтобы отправится с графом на бал картежников, я задремала. Снова сумрачный лес, сквозь ветви которого я увидела решетку кладбищенских ворот, распахнувшихся предо мной. Повинуясь неведомой силе, я вошла внутрь. Налетел ветерок, разбросав в сторону засохшие серые листья, дабы указать путь. Предо мной открылась дорожка, ведущая к одной из могил. Подойдя ближе, я рассмотрела лицо скорбящего ангела на гранитном постаменте. Белое мраморное лицо было очень похоже на моё. Затем я взглянула на надпись, и с ужасом заметила, что там написано «Alexandra Kahovska». Я перевела взор на дату смерти. День и месяц были расплывчаты, но год был 184*. Кто-то положил мне руку на плечо, я обернулась и к своему ужасу увидела того улыбчивого человека из всех моих кошмаров.


Мистический граф Н.
За этот сильный и стильный портрет персонажа для меня нарисовала френд Ormona
Рекомендую тут ее книги под псевдонимом Сергей Гомонов

  

   Я проснулась от ужаса, хотелось кричать, но голос не повиновался. По пророчеству сна, этот год должен стать для меня последним.

***

   Часы пробили назначенное время, я выскользнула из дома. Меня уже ждал экипаж графа Н. Дабы не думать о жутком сне, я пыталась завести разговор на житейский темы, но безуспешно. Мой спутник выглядел мрачным и сосредоточенным, что только усилило мое беспокойство. Он пытался поддержать разговор, но получилось неудачно.

   Я чувствовала, что мои дела плохи, и мой дорогой друг это прекрасно понимает, хотя пытается скрыть свою неуверенность в успешном исходе своего предприятия.

   Наконец, экипаж остановился в тёмном районе Парижа. Граф надел маску, я последовала его примеру. К экипажу подбежал лакей, возникший будто ниоткуда. Его лицо скрывала маска с вежливой улыбкой. Жестами он велел следовать за ним. Сдерживая дрожь, я оперлась на руку графа. Лакей подошел к низкой неприглядной двери, которая со скрипом отворилась, зовя в темноту. Глубоко вздохнув, я переступила порог. Темнота окутала меня. К своему стыду я вцепилась в руку графа. Хотя пора бы привыкнуть, я не раз сталкивалась с мистическими явлениями, но это место вызывало у меня особо гнетущее чувство, порождая необъяснимый страх.

   Вдруг яркая вспышка озарила нас. Мы оказались в просторном зеркальном коридоре. Я обернулась, неприглядная дверь, в которую мы вошли, выглядела изнутри как дверь в императорский дворец.

   У меня закружилась голова, граф ласково поддержал меня.

   — Смелее, милая Аликс, — прозвучал его голос.

   Мы последовали за нашим улыбающимся проводником. Удивительно, как в невзрачном домишке оказались такие шикарные комнаты.

   Наконец, мы вступили в зал, где собрались остальные гости. Лакей исчез, одарив нас улыбкой своей неподвижной маски.



Ужин в масках

Рис. А. Менцель

   — Это и есть тот самый бал картежников? — спросила я.

   — Да, — ответил граф, — мистических картежников которые играют жизнями… Такая игра затягивает, особенно постоянная победа и чувство превосходства над простыми игроками. Мне стоило больших трудов оставить это ремесло.

   — А тот дом на Столярном переулке Петербурга*? Та квартира, где вы принимали несчастных посетителей? Вы говорили, что теперь там будут другие картежники? Подобные вам?

  

   ______________

   * Упоминается эпизод романа «Земную жизнь пройдя»

  

   — Да, дом на Столярном место особое. Мы передавали ключи друг другу, а потом встречались и хвалились победами. Конечно, понимали, что от таких побед над наивными горожанами, мы вредим и самим себе, действует закон равновесия… Я уже поплатился… вы знаете…

   Он махнул рукой, не желая ворошить воспоминания.

   — Но как мы узнаем нужного нам человека? — спросила я.

   — Картежники узнают друг друга в привычной обстановке, не зная лиц. Это в миру мы не должны знать друг друга в лицо.

   Вскоре один из улыбающихся лакеев подошел к нам и жестом позвал нас за собой. Мы послушно последовали за ним. Проведя нас сквозь зал, человек подошел к другой двери, которую услужливо распахнул перед нами.

   Мы вошли в сумрачную гостиную.

   В кресле в центре восседал человек в черном костюме и пурпурной мантии. Его лицо скрывала двухцветная маска — черный и пурпур.

   — Приветствую вас, мои дорогие гости, — произнес он, — прошу вас, устраивайтесь поудобнее, разговор будет длинным. — Я Мастер картежник, самый удачливый мистический картежник Европы.

   Он указал на кресла напротив.

   — Знаю, дела мадемуазель очень плохи, — произнес он, — увы, чем ближе человек приближается к запретным тайнам, тем короче становится его жизнь… А если он забирает жизни других при помощи своих мистических талантов, то его свеча жизни сгорает еще быстрее…

   Я вспомнила, что несколько раз убивала при помощи мысли, но тогда я хотела защитить близких или самой спастись от злодея — это была оборона от врага.

   — Если бы только защита, — господин будто повторил мои мысли, — но вы постигли слишком многое…

   — Простите, но барышня не по своей воле видит призраков и постигает недопустимое! — вмешался граф.

   — Да… и Некто старательно подводит мадемуазель к разгадкам… кто-то хочет, чтобы ее душа поскорее покинула этот мир…

   Мне вспомнился жуткий улыбающийся человек из кошмаров.

   — Есть Мир теней, — неспешно продолжал Мастер картежников, — ставший отражением всех наших низменных пороков. И чем благороднее человек в нашем мире, тем сильнее его Тень мира теней… И опасно, когда эта Тень получает возможность влиять на наш хрупкий мир.

   — Значит, моя Тень? — спросила я робко.

   — Нет, мадемуазель Аликс… Не ваша Тень…

   Мастер указал на графа.

   И тут я вспомнила то неприятное лицо с улыбкой из кошмаров. Если взять хороший грим, как любит граф и изменить мимику — то будет одно лицо. Я с трудом сдержала крик. Мысли путались. Хотелось выбежать из комнаты, но, сделав над собой чрезмерные усилия, я осталась на месте.

   — Нет, нет, — отмахнулся граф, — я знаю истории, когда у чрезмерно добрых людей, Тени становятся чудовищами, но я к таким не отношусь. Я мрачный мизантроп…

   — Да, вы не склонны к сантиментам, но вы человек чести и благородства. Ваше слово всегда было нерушимо, вам удалось преодолеть то, что других бы утянуло в бездну. Вы ловко балансировали на грани добра и зла…

   — Я не простой картежник, также я мастер некротики, — напомнил граф, — и убивал при помощи карт, сразу как только открыл эту способность в детстве. Благодаря этому я нажил свое богатство и получил титул. Вы знаете, что мое детство прошло в разваливающейся усадьбе. Моя семья едва не пошли по миру по милости жадного родственника, который и стал моей первой мистической жертвой, его наследство нас спасло. Я сам могу быть чьей-то Тенью. Вы прекрасно знаете о моих злодействах, Мастер.

   — Но вы никогда не убивали невиновных… Вы стали мистическим палачом, — возразил Мастер. — Кто-то должен был покарать этих людей, против которых было бессильно правосудие… Вам в руки дали меч карателя… Карты стали вашим оружием… Работа палача всегда щедро оплачивалась, ваши деньги заслужены.

   — Мои действия были корыстны…

   — За что вы уже заплатили годами своей жизни… Граф, признаться, я всегда восхищался вами.

   — Значит, моя Тень стала сильна и оказывает влияние на наш мир? — устав от спора, граф попытался сосредоточиться.

   — Да, Тень становится сильнее, получив ваши знания…

   — Постойте, в нашем мире граф хочет меня спасти, а его Тень стремиться меня уничтожить, помогая открывать тайны и тем самым приближая к гибели? — не понимала я. — Но зачем?

   — Тени нужны ваши тайны загробного мира, которые недоступны в мире Теней… Все ваши таланты помогут Тени стать могущественным властелином…

   — А моя Тень, что с ней? У меня ведь тоже есть Тень из другого мира?

   — У вас была тень, мадемуазель. Вы со своей Тенью давно стали едины, как бывает у людей накануне гибели… Люди часто видят свою Тень перед смертью — как своего двойника. Тень приходит к ним, чтоб стать единой с душой… А ваша Тень с вами давно, как только вы открыли в себе свой дар, еще с детства… Вы не совсем человек, вы существо между мирами… и в любой момент можете погибнуть…

   Вот я и услышала то, чего опасалась.

   — Но как я могу спасти Аликс? — задал граф главный вопрос.

   — Если бы я знал… — вздохнул Мастер, — я помог вам только узнать противника… теперь вы знаете откуда опасность…

   — Что вы мне посоветуете? — спросила я робко.

   — Не знаю, — покачал головой картежник, — не имею возможности вас обнадежить…

   — Сколько у нас времени? — спросил граф.

   — Может, три дня, может, несколько месяцев… И это туманно…

   Я снова вспомнила свой жуткий сон на кладбище. Мне оставалось жить в лучшем случае до конца года…



Старое кладбище
Рис. Каспар Дэвид Хридрих

  

   Когда мы покинули картежников, на улице уже светало. У экипажа мы встретили музыканта, которые подарил мне старинную книгу у Нотр-Дама.

   — Разгадка в книге, — произнес он, — вы еще не дочитали…

   — Я бы рада читать быстрее, но на меня нападает усталость после пяти страниц! — воскликнула я. — Ощущение, что я не книгу читаю, а смотрю в прошлое.

   — Понимаю, это не простое чтиво, и отнимает силы, — кивнул музыкант.

   — Черт вас возьми! — воскликнул граф. — Не темните! Что нам надо сделать?

   — В книге вы найдете ответ, события прошлого объяснят события вашего настоящего… Ваш мудрый друг Вербин вам подскажет…

   — У меня есть шанс выжить? — спросила я.

   Музыкант вздрогнул. Через несколько мгновений он виновато произнес:

   — Не могу утверждать… Разгадка книги точно поможет предотвратить катастрофу, но может оказаться бесполезной для вас… Все зависит и от ваших действий, граф… Помните, каждый шаг может приблизить гибель вашей барышни…

   Граф шагнул вплотную к музыканту.

   — Кто вы такой? Только рассуждаете, но ничего не можете! Вы как наш петербургский знакомый Гласин*, зовущий себя городским хранителем…

  

   _________________

   *Степан Гласин — мистический персонаж предыдущего романа «Земную жизнь пройдя»

  

  

   — Вы правы, я тоже мистический городской хранитель, только парижанин.

   — Это заметно! Хранители тайн — рассуждений много, а толку от вас никакого!

   — Граф, уймите ваши эмоции, — спокойно произнес наш собеседник.

   Поклонившись на старинный манер, музыкант оставил нас.

   Мой дорогой друг попытался найти слова, дабы успокоить меня, но у него получилось невнятно. Я прервала графа, видя, что такие разговоры приносят ему напрасные страдания.

   — Граф, сантименты не ваша черта, — сказала я, пытаясь улыбнуться. — Прошу вас, отвезите меня домой. Ужасно хочется спать, иначе скорая кончина настигнет меня прямо сейчас.

   Назад мы ехали молча, обнявшись, и прощались мы долго, наслаждаясь поцелуями.

   — Надеюсь, вы составите нам компанию на прогулке верхом по Булонскому лесу? — спросила я.

   — Вы меня приглашаете присоединиться? — удивился граф.

   — Да, мы ведь помолвлены, не так ли…

   — Значит, вы принимаете мое предложение?

   — Разумеется, — рассмеялась я.

   Так не хотелось расставаться. Возникла мысль пригласить графа к нам на утренний кофе, но тогда пришлось бы рассказать о наших мрачных приключениях, а мне не хотелось беспокоить сестру. Рассвело, и я решила не думать, что моя жизнь может так легко оборваться.

   Поднимаясь в свою комнату, я вдруг снова почувствовала боль в сердце. Такое у меня бывало раньше, но я не задумывалась. Сейчас боль стала сильнее, и я замерла на мгновение, дабы перевести дыхание.

  

   Из журнала Константина Вербина

  

   Сегодня утром я навестил Ростоцкого. Его вид поразил меня. Он выглядел бледным, изможденным, с синими кругами под глазами. Его пальцы нервно сжимали талисман египетского предка.

   У меня невольно промелькнула мысль «куда ему спасать Аликс, он сначала должен попытаться спасти себя». Как оказалась, эта мысль была недалека от истины.

   — Вам нездоровится, мой друг? — спросил я.

   — Почти, — ответил Серж бесстрастно. — Я чувствую, что где-то появилось зло, но не могу понять, где именно… Именно это зло преследует гадалку Элизабет, которая ведет себя странно, вызывая сплетни и пересуды.

   Если бы я не сталкивался со сверхъестественным, то решил бы, что мой друг впал в безумие.

   — Вам надо отдохнуть, хотя бы на пару дней оставьте мистические искания! — воскликнул я. — Иначе вы себя уморите!

   — Не могу… я должен следить, чтобы зло снова не нанесло удар… я должен его выследить…

   Он крепко сжал свой амулет.

   — Простите, но мне надо поразмыслить, — произнес Серж Ростоцкий извиняющимся тоном.

   Возражать не было причины.

  

***

   Неподалеку от моего дома мне встретился офицер Репоташ. Его внешний вид говорил, что самочувствие моего нового знакомого было не лучше, чем у Ростоцкого.

   — Меня беспокоит моя невеста Элизабет, — начал он сразу без приветствия. — Надеюсь, у вас уже есть некоторые сведения о магическом убийце…

   Подобная осведомленность поразила меня.

   — Элизабет говорит о магическом убийце, это он убил родственника вашего друга. Я боюсь за жизнь Элизабет, очень… Без нее я не смогу жить… не смогу…

   Он смотрел на меня глазами безумца.

   — Простите, но я вынужден молчать в интересах следствия, — ответил я спешно.

   Репоташ понимающе кивнул.

   Странная особа Элизабет. А вдруг она притворяется несчастной и запуганной гадалкой, а на самом деле ловко управляет людьми, подчиняя своей воле. Офицер Репоташ сейчас как привороженный и, возможно, под ее властью… Теперь и Ростоцкий. Нет… еще слишком рано делать выводы…

  

***

   По возвращению домой меня ждали моя очаровательная супруга Ольга и ее милая сестра Аликс, уже готовые к прогулке верхом по Булонскому лесу. Новость, что Аликс решилась принять предложение графа, обрадовала и обеспокоила меня одновременно. Чутьё подсказывало, моей родственнице угрожает опасность. Вскоре прибыл граф, чтоб присоединиться к нам…

  

   Прогулка проходила легко и весело. Позабыв о печалях, мы очень живо беседовали. Аликс была в приподнятом настроении. Она попросила у нас позволения ускакать вперед, дабы оживить впечатления. Граф вздрогнул, но спорить не стал.

   Мы с ужасом увидели, как Аликс вдруг схватилась за сердце, и, пошатнувшись, упала на землю. Барышню спасло то, что она в этот момент остановилась. Мы бросились к ней. Аликс очнулась быстро. Пробормотала, что чувствует себя хорошо и готова продолжить прогулку.

   — Вы от нас ничего не скрываете? — спросила Ольга, строго взглянув на графа. — Опять ваши привидения и карты?

   Граф отвел взор.

   Пришлось спешно вернуться домой и послать за доктором. Аликс оставалась очень слаба, хотя нашла в себе силы ехать самой верхом. Доктор осмотрел барышню, внимательно выслушав ее жалобы на боли в сердце. Затем велел сегодняшний вечер провести в постели, прописав успокоительных капель.

   Аликс не спорила. Уложив барышню, мы вышли в гостиную.

   Доктор на несколько мгновений замялся, но вскоре произнес четким привычным тоном:

   — Буду честен, господа. Состояние мадемуазель очень печально. Симптомы говорят, что ее сердце может остановиться в любой момент… Как завтра, так и через несколько месяцев… Медицина может только облегчить страдания, но от недуга не избавит…

   Ольга, побледнев, опустилась в кресло.

   — Вы от нас что-то скрываете, граф! — воскликнула она, когда доктор ушел.

   — Я более чем уверен! — подтвердил я слова супруги. — Настоятельно прошу, граф, открыть нам ваши секреты!

   Граф подобно школьнику, которого заставили признаться в своих проказах, поведал нам о приключениях прошлой ночи.

   Моя супруга молча выслушала рассказ нашего друга. Удивительно, но она не стала осыпать его упреками, как обычно поступала со всеми нерадивыми кавалерами Аликс.

   — Прошу вас, спасите мою сестру! — произнесла она, глядя на нас.

  

Продолжение следует…

Общий текст романа

Часть 1 «Тени Нотр-Дама»
Часть 2 «Лабиринты Нотр-Дама»

В названиях глав использованы строки поэмы Эдгара По «Дорогой темной, нелюдимой»

Текст будет дополнительно вычитываться по ходу работы.

Обновления блога в моем паблике вконтакте

Мой facebook, Мой instagram

Реклама